Бум ИИ может повторить судьбу доткомов — предупреждение HSBC Дежавю экономики: эксперт HSBC увидел призрак кризиса 1997 года 📉 Помните азиатский финансовый кризис 1997 года? Тот самый, что обвалил валюты половины континента, разорил банки Таиланда, Индонезии и Южной Кореи, а МВФ пришлось выделять десятки миллиардов долларов на спасение экономик? Так вот, главный экономист HSBC Фредерик Нойманн в свежей аналитической записке от 31 августа предупреждает: текущая расстановка сил на рынках подозрительно напоминает тот самый период затишья перед бурей. Что заставляет одного из самых авторитетных экономистов Азии бить тревогу? Разберем по полочкам. Три всадника «кризиса-дежавю»: 1. Доходности казначейских облигаций США бьют рекорды. Это классический сигнал. В преддверии кризиса 1997 года доходность 10-летних трежерис выросла с 5% в октябре 1993 года до рекордных 8% к ноябрю 1994 года. Даже к апрелю 1997-го она держалась около 7% — на 200 базисных пунктов выше, чем четырьмя годами ранее. А что сегодня? С минимума в 0,5% в августе 2020 года доходность взлетела до 4,79% в начале недели. Только за этот год рост составил почти 80 базисных пунктов! Деньги становятся дороже, и это бьет по всем развивающимся рынкам. Добавьте сюда свежее решение Минфина США удвоить объем выкупа длинных облигаций (с $2 до $4 млрд) — рынок явно нервничает. 2. Иена в свободном падении. Японская валюта — традиционный индикатор напряженности в регионе. В 1995–1997 годах иена рухнула с 80 до 130 за доллар — обвал на 55%. Сейчас картина еще драматичнее: с января 2021 года (103 иены за доллар) до июльского пика в 163 иены за доллар — падение на 57%. И только редкое совместное вмешательство Вашингтона и Токио смогло немного укрепить курс до 160. Рынки уже ставят на новые интервенции. 3. Технологическая эйфория. В конце 90-х мир сходил с ума по интернету — именно тогда надувался пузырь доткомов, который лопнул в 2000-м. Сегодня его место занял искусственный интеллект. Акции Nvidia, бум ChatGPT, инвестиции в чипы и дата-центры — всё это напоминает ту самую эйфорию, которая часто предшествует громкому отрезвлению. Но Нойманн сам же себя и успокаивает: прямого повторения не будет! Эксперт честно признается: различия между 1997 и 2026 годами «перевешивают сходства». И это самое важное. ▪️ В 90-х азиатские экономики были импортерами капитала. Они жили на зарубежные деньги, набирали долги в долларах, а собственных сбережений катастрофически не хватало. Как только ФРС подняла ставки — доллары утекли обратно в США, а местные валюты посыпались как карточные домики. ▪️ Сегодня всё наоборот: Азия стала экспортером капитала. У Китая, Японии, Южной Кореи и Тайваня огромные золотовалютные резервы и профицит торгового баланса. Высокие долларовые ставки и слабая иена уже не бьют по региону так болезненно. Главный риск сместился: от финансов — к спросу Нойманн вводит интересный термин — «уязвимость спроса» вместо прежней «финансовой уязвимости». Что это значит? Экономики Южной Кореи, Японии, Тайваня и Сингапура сегодня критически зависят от одного единственного драйвера — бума ИИ-инфраструктуры в США. Экспорт полупроводников, памяти, серверного оборудования — всё это тащит на себе ВВП этих стран. И вот тут начинается самое интересное: 🔻 Если высокие доходности в США задушат инвестиции в ИИ-инфраструктуру… 🔻 Или если обвал иены дестабилизирует глобальные рынки финансирования… …то спрос на азиатскую электронику резко сократится. А вместе с ним — и темпы экономического роста всего региона. Это уже не классический кризис с бегством капитала, а новый тип уязвимости, с которым мир еще не сталкивался. Нойманн не предрекает апокалипсис, но настойчиво просит инвесторов не терять бдительность. История не повторяется буква в букву, но часто рифмуется. И три рифмы — высокие ставки США, слабая иена и техно-эйфория — уже звучат слишком отчетливо, чтобы это игнорировать.
